Удивительна сила музыки. Не в сердечной теплоте, не в телесной бодрости и не в сиянии разума она проявляется для нас.

А наиболее очевидно проявляется она в том удивительном факте, что заведения, будь то обывательские бары, непритязательные кафе или дорогие рестораны, в которых мы чаще прочего слышим звуки "Дискотеки восьмидесятых" - именно эти заведения и только они способны представить нам для наблюдения всю породу вторичного человеческого материала: от гопников до профессиональных русских.

Притом заведения, в коих этого душевного ретро не услышишь, а услышишь что угодно другое - будто отпугивают, отгоняют как тараканов и крыс ультразвуком, таких существ, что пытаются изобразить из себя человека.

Ах, до чего же грустно, что не занялся я в своё время по-крепкому теорией музыки! Столько хорошего можно было сделать с помощью её удивительной силы!

Posted via LiveJournal app for iPad.

Ребят. Я был неправ, предположив, что люди сделали выбор между революцией и комфортом (личной устроенностью) в пользу комфорта.

На самом деле революционный субъект - это тот, кто в существующих условиях в принципе неспособен испытывать комфорт, т.е. не может находиться в стабильно удовлетворённом состоянии.

Поэтому если вы можете себе обеспечить удовлетворение, революцию вы не сделаете по определению. Или сделаете "через силу" - а так неправильно. Революционный субъект проснётся в вас только тогда, когда вы осознаете физическую невыносимость бытия, когда всё ваше существо воспротивится существующему порядку вещей. Вы - не сомневайтесь - почувствуете это.

Революция - это долг, неизбежность, пророчество; единственная альтернатива ей - самоубийство. Разумеется, только в том случае, если вы ясно осознаёте, что не принадлежите больше этому миру.

Поэтому предлагаю нам всем быть честными с собой и перестать переживать, что мы только "болтаем, а не действуем". Болтайте смело. Уверен, результаты нашей болтовни пригодятся людям, которым революция нужна будет по-настоящему.

П.С.: отсутствие революционного субъекта не означает, что бороться за улучшение своих условий не нужно. Нужно - и как можно более жестко. Я всего лишь пытаюсь устранить наше травматическое ядро - чувство неполноценности из-за того, что мы коммунисты, но не революционеры.

Ваши соображения?

Posted via LiveJournal app for iPad.

Угостили слухом: Ройзман, Бычков и мокренькая кисонька собираются вступить в Правое дело.

У нас как-то так получилось, что правыми считаются и либералы, и реакционеры-консерваторы. Это и понятно: капитализм уже установлен, переходный период завершен.

поле консерватизма, выгнав забальзамированную КПРФ, захватили те, кому оно изначально принадлежало - крупные собственники, желающие сохранить свое несправедливо занятое положение.

И сегодня на политическом пространстве России остались только правые. Правые консерваторы и правые либералы. Правые консерваторы - это ЕР (ЖИВ).

А в Правое дело вошли условные либералы - бизнес выше среднего уровня, мечтающий стать большим, но сталкивающийся с противодействием крупных собственников. Для борьбы с крупными собственниками обычно используется политика, но ее полностью нивелировала ЕР, принуждающая беззащитный бизнес спонсировать свои избирательные компании под угрозой ликвидации.

Фашисты вроде Ройзмана и Бычкова будут прекрасно чувствовать себя И в ЕР, И в Правом деле. Потому что фашизм - это тоже правая идеология. И проблем со "свободой совести" здесь не возникнет. Потому что для любых современных правых "гражданские свободы" - это не свобода личности, а свобода функции. У ЕР - это свобода функции размножения, покупки русских автомобилей и свобода функции брать ипотечные кредиты; у Правого дела - это свобода функции ругать ЕР, голосовать за ПД и брать кредиты потребительские.

Истинно же человеческие свободы могут быть возможны только при политической ориентации налево.

И нет поэтому ничего удивительного в том, что реакционер вступает в партию либералов. У него ведь как раз тот самый бизнес среднего уровня, мечтающий стать большим.

Posted via LiveJournal app for iPad.